 |
#41, 1 июня 2004 г | ||||
 |
 |
 |
 |
 | |
Охочие до власти
Зачем бизнесмены идут во власть? На этот счет у общества уже нет иллюзий
Александр ТКАЧЕВ.
 |
Цель похода бизнеса во власть - сохранение и приумножение собственного капитала. Вопрос в том, выгодно ли это обществу. И есть ли сегодня какой-либо иной путь нашего развития. Об этом корреспондент "ЗР" беседует с соавторами программы стратегического развития Приморья, руководителями и ведущими специалистами Тихоокеанского центра стратегических разработок: профессором Михаилом ТЕРСКИМ, Юрием АВДЕЕВЫМ и Германом ЗВЕРЕВЫМ.
Александр Ткачев:
- Господа, мне лично кажется, что, сев в кресло государственного руководителя, бизнесмен не сможет поменять ориентацию, даже если очень захочет. Ведь туда его привел успех на ниве личного обогащения, захвата экономического пространства. Стоит ли отказываться от привычной успешной модели поведения ради такого неопределенного понятия, как общественное благо?
Михаил Терский:
- Есть три модели взаимодействия власти и бизнеса. Первая - публичная власть должна быть отделена от бизнеса. Вторая - они где-то пересекаются. Третья - когда публичная власть и бизнес в одном лице. На территории Приморья присутствуют все три. Тернейский район чисто феодальная территория, где бизнес и власть - это руководитель Тернейского района. Район развивается, и говорить, что другая схема была бы эффективнее, - это слова, практикой не подтвержденные.
В России сейчас действует модель пиратского государства. Это неплохая модель. Это не беспредел. Но побеждает тот, кто сильнее. Что же тут плохого?
Александр Ткачев:
- Причем, понятие "сила" в данном случае включает в себя и силу денег, и силу власти, и силу оружия?
Михаил Терский:
- Вам не нравится способ, каким отмирают слабые. Вы хотите, чтобы слабые отмирали через честную конкурентную борьбу, растянув это во времени. Никто не доказал, что это более эффективная модель - растягивать процесс во времени. И что гуманнее: медленно душить или сразу голову отрубить?..
Александр Ткачев:
- Не крутовато закладываете? Мне кажется, что в нашей истории более короткий путь всегда оборачивался хождением по кругу.
Михаил Терский:
- В экономике так не может быть. В экономике чем больше вы удерживаете на территории низкоэффективные предприятия, тем больше вы гробите ресурсов. Поэтому лучше бы их сразу ликвидировать и ресурсы отдать тем, кто использует их эффективно. С нравственной точки зрения тут, наверное, есть вопросы. Но с точки зрения экономической целесообразности самые главные враги сегодняшней экономики - это неэффективные руководители... Такие, у которых ума хватает только на то, чтобы помещения заводов в аренду под торговые рынки сдавать. Так вот в моем понимании все это у них надо отнять!
Александр Ткачев:
- Получим монополию, причем сразу и экономическую, и политическую. Это что, самый эффективный вариант нашего развития?
Михаил Терский:
- На территории края производится экономического продукта на $3 млрд. С точки зрения мировых масштабов - это меньше капли в море, копейки. Даже если мы все объединимся, то все равно не выстоим против самой паршивой транснациональной корпорации, которая придет к нам со своими ресурсами и захочет все купить. А если бы на территории края хозяйствовала бы одна компания типа "Дженерал моторз", то прибыли на всех бы хватило.
Александр Ткачев:
- Но ведь монополии не с кем соревноваться, и следовательно у нее нет стимулов для роста.
Михаил Терский:
- То, что вы говорите о конкуренции, давно устарело. Это начало и середина 20-го века. Сегодня ключевым фактором экономического развития во всем мире является монополизм. И это выгодно всем. Я работаю на бизнес, который стремится стать эффективным, значит, я сохраняю свое рабочее место. Бизнес расширяется, значит, появляются рабочие места для моих детей. Он повышает эффективность, значит, повышается производительность труда и у меня увеличивается зарплата. Кто от этого в проигрыше?
Александр Ткачев:
- Другой предприниматель, который тоже пока имеет законное право иметь и развивать свой бизнес. А монополист его просто задавит и все отберет.
Юрий Авдеев:
- Хорошо, назови мне хотя бы одну систему, у которой не было бы своих издержек? Мы сегодня говорим не о развитии конкуренции между мелкими собственниками в Приморье. А об объединении наших ресурсов, чтобы можно было конкурировать на международном рынке. Это важнее. Вы боитесь этого объединения и появления монополий, а мы говорим, что этот монополизм является условием создания нашей конкурентоспособности на других рынках.
Александр Ткачев:
- А я рассуждаю с точки зрения мелкого и среднего предпринимателя, из которых и состоит рынок, на инициативе которых он держится и развивается, без которого все опять превратится в болото.
Михаил Терский:
- А мы мелкому предпринимателю говорим: если мы вместе в корпорации под названием "Приморье" работаем, то я, условно, как руководитель и "хозяин", гарантирую ему 15% рентабельности. А вот если он хочет 60, то это дудки. 60 -это в Хабаровск, к Ишаеву, а у нас 15. Но гарантированно.
Александр Ткачев:
- Что-то ваша модель на социализм очень похожа? Ограничивая рынок, мы разве его не задушим вовсе?
Юрий Авдеев:
- Зато внутренняя структура территории становится более оптимальной, управляемой, компактной и экономичной. Скажем, не нужно будет каждому магазину создавать свои складские помещения. В принципе на весь Владивосток, на 600 тысяч населения, достаточно одного крупного оптового магазина американского масштаба...
Михаил Терский:
- Ну возьмите Бориса ПОСТОВАЛОВА - "В-Лазер". Классные магазины. Ну и пусть будет по одному "В-Лазеру" в каждом районе. У него скидки, у него дешевая продукция. Чем вам не нравится Постовалов как монополист на этом рынке.
Александр Ткачев:
- Мне любой монополист не нравится уже тем, что я лишен возможности его догнать. И у наших детей возможности будут не равные, будь мои хоть семи пядей во лбу.
Юрий Авдеев:
- Если ты будешь убеждать нас, что много мелких производителей лучше одного крупного, то мы зря теряем время. Если ты согласен тащиться 200 лет, чтобы так и не догнать развитые страны, то мы - нет. Наша задача - встроиться сейчас в уже существующий миропорядок. Сегодня приход к власти крупных бизнесменов - это благо. Включая, к слову, и тех, кто покупает Восточный порт, "Зарубино", владивостокские порты. Все это - тот самый капитал, который в конечном счете определит судьбу этой территории.
Михаил Терский:
- Знаете, что первое сделал ПИНОЧЕТ, когда пришел к власти? Он послал карабинеров в каждое муниципальное образование, чтобы они следили за чиновниками. Если чиновник принимал решение о социальных затратах - о пенсиях, о пособиях - их выводили и стреляли. И отучил моментально тратить бюджетные деньги на всякую фигню.
Александр Ткачев:
- То есть, с вашей точки зрения, это правильно?
Михаил Терский:
- В условиях, когда денег не было на развитие, заниматься всеобщим благоденствием Пиночет посчитал неправильным. И его за это судили... Но Чили стала процветающей страной.
В России власть не знает о бизнесе ничего! Мы, к слову, еще не затрагивали вопрос кадров, а крупные корпорации, между прочим, привнесут в систему государственной власти и технологии корпоративного управления.
Знаете, в чем ключевая трагедия губернатора - просто в его корпорации, из которой он пришел, нет такого количества специалистов, которые во власти могли бы с ним работать в команде.
Герман Зверев:
- В Чили мощной социальной силой, кастой, которая имела ясное представление о будущем своей Родины, были военные -не коррумпированные аристократы, радеющие за Отчизну. А в России власть пока представлена одним человеком -президентом. И есть класс предпринимателей, который, может быть, и неправильно, но все-таки худо-бедно сформировался. Предприниматель в силу своего положения, так как он рискует собственными деньгами, вынужден смотреть за горизонт и заботиться о том, чтобы его бизнес там был сохранен, чтобы он стал крупнее и эффективнее.
Александр Ткачев:
- Любая модель рано или поздно себя изживает. На сколько лет вперед вы расписываете свой сценарий?
Михаил Терский:
- На 5-8 лет. Тогда может появиться альтернативная социальная сила, способная формировать новые образы будущего.
Александр Ткачев:
- Попробуем подвести черту?
Юрий Авдеев:
- Сейчас только бизнес предлагает нам наибольшую инициативу во власти. Это не всегда воспринимается сообществом наиболее адекватно, но смысл нашего развития сегодня заключается в том, чтобы поддержать бизнесструктуры, которые наиболее эффективно встраиваются в рыночную ситуацию. И только благодаря их деятельности мы можем надеяться быстро пройти период адаптации к современным условиям мирового развития.
Герман Зверев:
- Конечно, существующая ситуация ущербна. Но у нас нет пока других социальных слоев со своим видением будущего. Например, в той же Латинской Америке кроме бизнеса есть еще военные и, что очень важно, духовенство, которое видит и задает обществу социальные ориентиры, которые не способен задавать тот же бизнес. Профсоюзы, наконец, которые нашим не чета.
Михаил Терский:
- Мое мнение: классу предпринимателей надо сейчас доверять и позволить ему формировать власть, управлять ресурсами, выстраивать отношения. И бог с ним, что класс этот не всегда чистоплотен. Другого-то лидера все равно нет.
Я считаю, что на таких территориях с нестабильным развитием, как Приморье, лучше, когда бизнес и власть объединятся и не будут конфликтовать. От конфликта сейчас толку не будет. Надо дать возможность этой силе в течение 5-10 лет поработать, посмотреть, будет ли в этом толк. Может быть, потом мы в ней и разочаруемся...
 |
Свидетельство о регистрации СМИ Эл №77-2263 от 24 января 2000 г.
Об использовании материалов сайта